“Стать ЧЕЛОВЕКОМ ЗНАНИЯ может попытаться любой, хотя очень немногие преуспевают в этом; но это естественно. Враги, которых встречает человек на ПУТИ к ЗНАНИЮ, — в самом деле грозные враги. Большинство людей перед ними отступают и сдаются. И первый враг. СТРАХ.” К. Кастанеда

Когда-то давно читала я Карлоса Кастанеду, много слышала об учении Дона Хуана, о пути воина, о поиске знания, но после второй книги отложила прочтение. Не почувствовала глубины произведения, казалось, что книга насыщена наркотической пропагандой, подробным описанием приема различных галлюциногенов, чем-то напрягала тема шаманизма, которая, между тем, присутствовала во многих культурах. Хотелось уйти от эзотерики и не очевидного смысла.

А недавно, в одном из наших автомобильных путешествий с Алексеем, мы решили послушать какую-нибудь аудиокнигу. В приложении к айфону, из доступных, оказалась как раз «Учение Дна Хуана» Кастанеды.

… И вот уже не первую неделю продолжаем слушать. Но с удивлением ощущаем эффект совершенно другой, не  ожидаемый.

Описания мистического опыта хоть и интересны, но они отходят на второй план, а на поверхность всплывает совсем другое знание, то, которого я так давно искала. И если раньше в этих текстах мне виделся Путь воина, то теперь – Путь просветления. Открывается некая стратегия жизни, ее смыслы, и понятие Сила приобретает своем иное значение.

Что же изменилось в нашем восприятии? То, что мы слушаем аудиокнигу вместе? И можем в любой момент остановить запись, чтобы обсудить что-то очень важное. Своего рода толкование знаний и распределение акцентов. Потому буду делиться нашими беседами, они для меня – самое ценное.

Т. Четыре врага, это как бы черты препятствия? Это как некие врата, через которые нужно пройти? Чему человек должен научиться в этой жизни?

А.  включает аудиозапись: 

“Когда человек начинает учиться, он никогда не имеет четкого представления о препятствиях. Его цель расплывчата, его намерение неустойчиво. Он ожидает вознаграждения, которого никогда не получит, потому что еще не подозревает о предстоящих испытаниях. Учение оказывается всегда не тем, чего от него ожидают. Каждый шаг — это новая задача, и страх, который человек испытывает, растет безжалостно и неуклонно. Его цель оказывается полем битвы. И таким образом перед ним появляется его первый природный враг: СТРАХ! Ужасный враг, коварный, неумолимый. Он таится за каждым поворотом, подкрадываясь и выжидая. И если человек, дрогнув перед его лицом, обратится в бегство, его враг положит конец его поискам. Человек уже никогда не станет человеком знания. Он может стать болтуном или безвредным напуганным человеком; но во всяком случае он будет побежденным.” К. Кастанеда

Т. И человек не может отменить, отступить, убежать от этого опыта?

А. Первое и главное препятствие, ты правильно сказала – Врата, через которые неизбежно проходит каждый человек, это – СТРАХ. И это неизбежно. Так что “отступить, убежать” не получится. Страх – это инициация, которую должен пройти любой человек, особенно мальчик. И через нее должен провести отец. Причем, отец, в данном случае, не обязательно генетический.

Т. То есть, это может быть наставник, учитель, тренер, мастер, одним словом?

А. Да. Некий архетип отца. Архетипы – это такие мета-боги. Каждый из архетипов выполняет свою функцию, ибо путь души – это рост. Другого не существует. Даже когда душа отступает, она всё равно продолжает расти, потому что невозможно научиться шагать вперед, если никогда не отступал.

Т. Это то же самое, как: ты не можешь каяться, если не грешил. Ты не можешь по настоящему прощать, если не  осуждал.

А. Это фундаментальные вещи. Полярные. Осуждение – Прощение. Преступление – Раскаяние. Любовь – Ненависть. Рост души и заключается в том, что она движется между этими состояниями. Рост – это не когда много знаешь, это когда ты осуждал, и находишь в себе силы прощать. Когда ненавидел, и находишь в себе силы полюбить. Отрицал – находишь силы принять.

Общий тренд всегда – рост. Он никогда не происходит по прямой, а идет по спирали, его движение таково: шаг вперед, два шага назад. Всегда процесс пунктуации. Но неизбежно от минуса к плюсу.  Если у тебя в сумме будет очень много от плюсов к минусам, то это не рост, а деградация. Но деградация, она конечна. Ниже земли не упадешь. А расти можешь бесконечно. Это не хорошо, это не плохо.

Т. Тогда какие есть причины для роста?

А. Когда ты растешь, ты растешь вместе со своей способностью больше воспринимать эту Вселенную, больше наслаждаться, изучать больше оттенков. Происходит естественный рост, потому что ты стремишься от меньшего к большему. Есть две составляющие этого роста: одна – это негатив, когда что-то плохое, от чего ты убегаешь. И вторая – позитив, что-то  хорошее, к чему ты устремляешься. Так вот душа проходит миллионы разных ситуаций. Они только на первый взгляд кажутся разными. Но все имеют базовые паттерны. Вот эти паттерны можно легко описать состояниями, которые я тебе сказал: от отрицания – к принятию, от осуждения – к прощению.

Т. Значит, архетип – это как инструмент антропологической модели? То есть существует архетип матери и архетип отца. А важно кто физически родил?

А. Нет, это второй вопрос. Рождение физиологическое – это выход из одного статуса, из одного мира в другой. Архетипы имеют отношение не к физиологическому рождению, а к  духовному рождению и росту. И у них есть базовые обязанности. Мать учит любви и заботе, потому что  второе имя матери, это Любовь. Второе имя отца – Долг. Отец учит ответственности. Потому что то, что отец сказал – правильно. Мужчина обязан обеспечивать стабильность  женщине, т.к. в условии стабильности раскрывается ее любовь. Происходит, как бы, гармония звездных сфер.

Т. А архетип может быть полностью воплощен или не полностью?

А. Да, по-разному. Идея заключается в том, что настоящим отцом, т.е. полный архетип отца может взять только тот, кто прошел инициацию, кого его отец посвятил в отцы. Для женщины, опять же, это проще, ты становишься матерью потому что ты рожаешь ребенка.

Т. Значит, у женщины не стоит так остро вопрос преодоления страха как у мужчины? Потому что страх у нее уже внутри. Ее инициация происходит в родах, где подавляете ее страх. И она не имеет возможности отказаться. Он же из нее просто выйдет, ребенок. Значит и мальчик должен  обязательно испытать боль. Правильно?

А. И боль, и страх смерти. Что такое роды  для женщины? Это неизбежная угроза смерти от которой невозможно отказаться, невозможно воспрепятствовать этому процессу. Не расслабляясь, ни напрягаясь. Можно принять таблетку, и прекратить родовую деятельность.  Можно. Плод умрет, и женщина тоже умрет. Можно сделать аборт, но нормальная женщина, она понимает что это ее очень сильно искорёжит духовно. Хотя, опять же зависит от воспитания. Поэтому женщине, условно говоря, ничего делать не надо специально.  Ей надо просто быть женщиной.

Т. Т.е. если женщина встретила мужчину, у них произошло соитие,  она забеременела и родила, она уже прошла инициацию, она уже женщина. А если женщина отказывается от детей, или не хочет рожать?

А. А за это не женщину надо осуждать, а мужчину, она не виновата. Тот кто ее, извини, обрюхатил, он не взял на себя ответственность за эту женщину, за этого ребенка. Как может женщина сделать аборт от мужчины, которого любит, и который обеспечивает ей стабильность?  Нонсенс.

Т. Но если она хочет сделать карьеру?

А. Если женщина хочет сделать карьеру, она не любит мужчину. Либо карьера, либо мужчина. Если карьера – ты реализуешь архетип не женщины, а просто функцию. Если мужчина – ты реализуешь архетип женщины. Это не является плохим, просто другой путь. Душа растёт на любых путях. Если кто-то не принял ответственности, то в начале страдает он, потом пострадают его близкие. Но потом за это последует расплата. Не с смысле, что виноват – будешь наказан. А потому что его инициация всё равно к этому подведет. Душа будет хотеть расти.

Т. Т.е инициация, она может наступить не только в юности, она может и в старости прийти?

А. Когда угодно. У большинства людей инициация наступает в момент смерти. Инициация – это не то, что происходит физически с человеком, а то что происходит с его психикой, с его личностью. Инициация, это  когда старая личность умирает и рождается новая. Нельзя отступить, невозможно оставаться прежним, столкнувшись со смертью. Смерть уничтожает. На самом деле есть разница между реальным уходом и мнимым. Инициация – это столкновение со страхом.

Т. Тогда страх – это что? Потеря, боль, недополучение …

А. Страх – это детская инфантильная эмоция. «Я боюсь, что у меня отнимут игрушку, я боюсь, что у меня отнимут маму, что мне причинят боль, я боюсь, что у меня отнимут жизнь». Это – инфантильные страхи, детские. И ребёнок привычным образом обычно убегает от страха. Каким образом дети убегают от страха? Точнее, от угрозы наказания. Они врут, либо прячутся, убегают, либо говорят “ой, оно само разбилось”. Т.е. ребёнок делает всё, чтобы не принять ответственность на себя, для него такая идея неприемлема, он даже не  понимает этого, он инстинктивно пытается ответственность от себя отвести, зная, что за это будет наказание. И что происходит с ребёнком, когда он это один раз сделал, другой?

Т. Он начинает понимать “о, классно, я могу делать то, что хочу,…

А. …но при этом, задача потом съехать с базара”. Я могу не брать на себя ответственности, я нашёл способ это обходить. И он, соответственно, начинает идти по этому пути, т.е. с детства закрепляется такой инстинкт, такая модель поведения. Но в серьёзной ситуации, серьёзный рост возникает тогда, когда ты проходишь этот рубеж, когда проходишь страх, т.е. ты неизбежно подвешен в точке, когда ты должен будешь принять на себя ответственность.

Пример: я тебе сказал найти переводчика неделю назад. Неделя. Идут оправдания. Это я не в осуждение говорю, я тебе просто кейс рассказываю. Есть два сценария. В одном случае ты каждый раз привыкаешь объясняться, оправдываться – почему по внешним обстоятельствам чего-то не получилось: “Вселенная враждебна». На самом деле это определенная позиция. Есть другая позиция, которая говорит: “не Вселенная определяет мою жизнь, а Вселенная, сука, будет такая как мне надо”. Первая позиция очень рациональная. Вторая – абсолютно безумна. Абсолютно иррациональна. Вторая позиция – это принятие ответственности.

Если мы берем этот кейс, то ты просто говоришь сама себе: “Я понимаю, что на самом деле я не решила эту задачу потому что я не приподняла жопу”. Т.е. ты, как бы, в этот момент судишь себя, но не в смысле «я плохая», а в смысле – «я совершила ошибку». Ну так исправь ее. “Я плохая” – это чувство собственной важности. Если мы ничего не делаем, вообще ничего  никакого значения не имеет. Если мы не созидаем, мы – просто машинки по переводу пищи в дерьмо. Все. Поэтому человек имеет смысл только тогда, когда что-то делает, когда любит, когда есть рост. Как только рост прекращается – он уже труп. Он еще не на кладбище, но уже труп.

Соответственно, задача отца, архетипа отца – создать ситуации, которые помогают пройти эту инициацию. Для мальчиков это один способ. Для девочек – другой. Можно сказать так: пока человек инициацию не прошел, сколько бы ему лет не было, он все время мальчик, он все еще ребенок. Прошел инициацию – он становится мужчиной. Разница между ними в том, что мужчина способен отвечать за свои слова, способен нести долг, мальчик – не способен.

Т. Значит, по отношению к тому, кого ты любишь, на каком-то этапе надо быть беспощадным? В чём отличие функции отца от Вселенной?

А. Вселенная, если она будет беспощадная, она тебя убьёт. А отец, не убьёт. Смысл инициации в том, чтоб тельце осталось, а психика поменялась. Потому что это – учебная история, из серии “всё, что нас не убивает, делает нас сильнее”. Задача отца – сделать сильнее, не убивая.

Т. А если ребенка в детстве бьют – значит он проходит инициацию?

А Нет. Инициация – это не битьё. Инициация – это когда ты должен достичь цели, которая представляется тебе невозможной в рамках этой картинки. И потом, девочки и мальчики отличаются в методах воспитания. Девочек не надо бить. Зачем девочкам боль причинять? У них будет достаточно боли, когда у них месячные наступят, и они рожать будут. Мальчиков можно. Чуть-чуть.

Т. Итак, есть архетип отца, есть архетип матери, хотя это могут быть и не генетические родители. Наставники, скажем так. Это понятно. И каждый из них должен дать что-то свое.

А. Да. Мать даёт любовь, внимание в каких-то моментах, связанных с ценностью семьи. А отец – это долг, и долг, в первую очередь, связан со способностью научить преодолевать страх.

Т. Ты говоришь, научиться преодолевать страх нужно только через урок отца. А если отца нет, или он тебя не научил?   

А. В качестве отца может выступить кто угодно, просто у людей бывает 2 типа инициации: это когда кто-то им помог, либо они попали в обстоятельства.

Т. Ага, и надо пройти жесткий урок. Кстати, о роли наставника. Я читала, у Путина таким архетипом отца был его тренер Л. Усвяцов, который научил его драться, и  накапливать силу. Ты говоришь «когда кто-то помог». А вот если этот кто-то – мальчишки, которые побили во дворе или в лагере, это тоже инициация?

А. Всё зависит от того, как ребенок-мальчик  начал действовать. У нас в школе были такие. И драки были частыми. Как правило, отцы местных хулиганов были пролетарии. И вот эти ребята, шпана, они очень жестокие были. Всегда был старший товарищ, который очень жесткий. И они эти инициации проходили. Они училась чувству команды. А были интеллигенты вроде меня. В интеллигентских семьях инициации никогда не было, потому что они читали Карла Роджерса, гуманистическую психологию, они  переживали про травмы в детстве. Они воспитывали новое поколение …

Т. Получается, что в Америке сейчас тоже воспитывают именно такое поколение, поколение людей, которые боятся травмы детства.

А. Не только в Америке. Во многих странах. Кроме, пожалуй Китая, Кореи, Японии. В Израиле есть Цахал. А вспомни, как резко отличаются афганцы.

Т. Те, кто прошел через войну?

А. Да. Мы с тобой много с ними общались. Я очень уважаю этих людей. Они все имеют повышенное чувство долга. Они могут заблуждаться, быть невежественными, придурками, но  архетип отца у них очень четко сформирован. Но это уже другой вопрос.

“Чтобы одолеть страх, нужно всего лишь не убегать. Человек должен победить свой страх и вопреки ему сделать следующий шаг в обучении, и еще шаг, и еще. Он может быть полностью устрашенным, и, однако же, он не должен останавливаться. И наступит день, когда его первый враг отступит. Человек почувствует уверенность в себе. Его намерение укрепится. Обучение больше не будет пугающей задачей. Когда придет этот счастливый день, человек может сказать не колеблясь, что победил своего первого природного врага.” К. Кастанеда